Смысл — совместное мышление по поводу совместных действий
В слове «смысл» — корень «мысль», а «с» — частица. Это означает, что смысл — это совместное мышление. Самое главное в смысле — это частица «с», а не «мысль». Для того чтобы полностью ответить на вопрос, что такое смысл, надо, конечно, ответить на то, что такое мысль. Но мысль — это трансцендентное отношение между вами и Богом. Вы мыслите только потому, что Он как бы попускает вас мыслить, побуждает вас мыслить. И даже методологи это понимали, и Щедровицкий‑старший объяснял всем, что никому не нужно знать, что такое мышление, потому что им в жизни это никогда не понадобится и что мышление находится вне вас, а не в голове у вас.
Люди как‑то мыслят. Смысла в этом нет. Смысл возникает, когда они совместно мыслят о чём‑то и проверяют совместность своего мышления совместной работой.
Допустим, мы должны сесть и подумать, и нас несколько человек. Если мы сидим и каждый думает о своём, то смысла в этом никакого. Если мы сидим и думаем на заданную кем‑то тему, смысла в этом никакого, потому что каждый будет нести то, что окружающие поймут как пургу. А если нам надо сесть и взлететь на самолёте, скажем, советском турбовинтовом, где в экипаже от 6 до 9 человек, мы должны чётко договориться между собой, кто первый пилот, кто второй пилот, кто штурман, кто бортинженер, кто за что отвечает, иначе мы никуда не полетим. Поэтому смысл — это социальный институт для совместной практической деятельности, при которой требуется как‑то согласовать мышление каждого из участников.
Не всё как таковое, только в той части, которая касается его работы. Если я машинист паровоза, вы — кочегар, меня ваше мышление о Хайдеггере не интересует. Меня интересует ваше мышление по поводу того, как, когда и куда надо подкидывать уголь в топку паровоза.
Поэтому смысл — очень простая вещь. Это некоторые институты идентичности, задача которых — согласование мышления людей, которые по той или иной причине решают общую задачу: загонщики мамонта, охотники на крокодилов, рабочая смена атомной электростанции — неважно, партхозактив.
Проблема в том, что если у вас нет института смысла, то то, что вы поняли, что это такое, не поможет вам ничего делать. Пока нет у нас действующей Академии наук — нет нормального института смысла, и поэтому нет понятия трансакции, нет понятия института, ничего соответствующего текущему моменту нет. Есть только разные самородки — блогеры, философы, политологи. Они все мыслят, а смысла у них общего нет никакого. Каждый из них хочет изнасиловать реальность и своей мыслью заменить общий смысл. Они все монополисты. Они не хотят, не могут, не умеют согласовать между собой свои взгляды. Поэтому мысли у них есть, смысла — общего — нет.